Начавшийся роман киевского «Динамо» с Юрием Семиным — событие, думается, из знаковых. По двум по меньшей мере причинам. Во-первых, впервые крупный российский тренер, покинувший страну, обосновался поближе к Европе. Во-вторых, впервые за последние 34 года (если не считать сезона 1983 года, когда с «Динамо» работал Юрий Андреевич Морозов) киевский клуб возглавил чужой тренер.

У Юрия Семина есть шанс встать в один ряд с такими московскими специалистами, оставившими заметный след в истории киевского «Динамо», как Вячеслав Дмитриевич Соловьев (нарушил московскую монополию и привел киевлян к первому чемпионству в Союзе в 1961 году), Виктор Александрович Маслов (три победы подряд: в 1966-м, 1967-м и 1968-м) и Александр Александрович Севидов (титул в 1971 году). От Семина, принявшего, полагаю, очень верное решение, в Киеве ждут европейских успехов.

Когда фамилия Семина замелькала в ноябре в сочетании с «Кубанью», оставалось только улыбаться. Складывалось впечатление, будто любая команда, лишившаяся по тем или иным причинам наставника, почитает за честь распространить автоматически возвышающую ее в глазах болельщиков информацию о ведущихся переговорах со столь авторитетным тренером, как Семин.

На самом деле это не так. Семин, год находившийся (напрасная, на мой взгляд, трата времени) в президентской шкуре, мечтал о возвращении в профессию. Невостребованным 60-летний специалист оставаться, разумеется, не мог. Ему никогда не надо было, в отличие от провалившегося с «Локо» коллеги, заниматься самопиаром. Он никогда не предлагал сам себя в клуб, в котором увольняли (или готовились к увольнению) тренера. Предложений Юрию Павловичу хватало, и Игорь Суркис вовсе не лукавил, когда поведал, что несколько последних перед подписанием контракта суток не спал, опасаясь эффективной реализации российского плана-перехвата Семина.

К счастью для киевского «Динамо» (да и — в сложившейся нынче в железнодорожном клубе ситуации — не сомневаюсь, для Семина), тренер так и не получил приглашения из «Локомотива».