— В «Локомотиве» сейчас явный кризис. В чем, на ваш взгляд, его причины?

— Это и игровой, и психологический спад. Нужна победа, которую мы ждем все с нетерпением. Она придаст нам уверенности и в целом поменяет настроение. Но пока то одно мешает, то другое. Атмосфера, несмотря на это, в коллективе неплохая. И пока это так, надо этим пользоваться: время-то уже пришло, чтобы денежные вложения и затраченные силы принесли закономерный результат. Надеюсь, к концу осени нам удастся все исправить.

— Существует мнение, что Рахимову пора уходить из команды. Он виноват в нынешнем результате команды?

— Тренер всегда больше остальных ответствен за результат. Но, я думаю, не только он. Тут нет крайних: ни тренера, ни кого-то еще. Ребята это понимают, и в наших силах все исправить, чтобы не было никаких лишних разговоров.

— Как в целом можете оценить текущий сезон?

— Как противоречивый и непредсказуемый: результат игр очень сложно спрогнозировать. Исключение — «Рубин», который на сегодня — самая стабильная команда. Все ждали, что они сдадут по ходу чемпионата, и этим спадом воспользуются лидеры. Но, как видите, этого не произошло. Сейчас «Рубин» по праву на первом месте — стабильную игру показывает, стабильно выигрывает. Надеюсь, он не повторит судьбу команд-однодневок, которые подбираются под разные юбилеи, и достойно покажет себя не только в конце этого сезона, но и в чемпионате России-2009.

— Не последнюю роль в успехах «Рубина» играет щедрое бюджетное финансирование. Вас не смущает, что все лидеры российского футбольного рынка либо напрямую зависят от государства, либо спонсируются госкорпорациями?

— Подождите, народ ведь тоже потребитель. За потребление все привыкли платить. Футбол — не исключение. Чтобы увидеть зрелище, футбол, праздник, почувствовать атмосферу, покричать, ты платишь. Хотя бы за билет. Да, остаются риски: заплатил, но не получил удовольствия. Но давайте не будем забывать, что финансовые вложения в футбол — в том числе госкорпораций — дают свою отдачу. То есть футбол возвращает то, что на него потрачено.

— Из года в год увеличиваются бюджеты наших клубов. Как это сказывается на отечественном футболе?

— Положительно. Это дает возможности для всестороннего развития: появляется возможность, например, заниматься молодежью и успешно воспитывать резерв. Свои школы ведь есть у всех крупных европейских футбольных клубов.

— Но пока как-то этого резерва не видно?

— Видно. Вспомните национальную молодежную команду, которая выиграла чемпионат Европы. И именно сейчас важно не потерять молодежь в возрасте где-то от 18 до 22 лет.

— Огромную роль в жизни молодых футболистов играют агенты. Как вы к ним относитесь?

— Все зависит от конкретной ситуации. Существуют разные отношения между клубом, агентом и самим игроком. Есть сговорчивые агенты, есть несговорчивые. Вообще рассуждать об их роли мне сложно, потому что собственного агента у меня нет. Я считаю, что футболист сам должен разбираться в том, что происходит вокруг него: с подписью документов, переходами…

Но совсем иначе нужно действовать, когда агент обращается к тебе с конкретным предложением, которое тебя заинтересовало. В такой ситуации можно и нужно с ним сотрудничать.

— Недавно Аршавин не смог сменить клуб, оказавшись в полной зависимости от клуба — «Зенита». Не боитесь оказаться в подобной ситуации?

— Ситуация неоднозначная. Есть контракт на обязательства, и ни клуб, ни сам Аршавин ничего не нарушили. «Зенит» просто не хотел его отпускать: он много значит и для команды, и для города. Но я, конечно, надеюсь, что если захочу уезжать, то не попаду в такую ситуацию.

— Сами еще не устали от футбола?

— Иногда кажется, что устал. Впервые это ощущение появилось еще, наверное, в детстве, лет в 14—15, когда все сверстники гуляли, а я на тренировках пахал. Но время, наверное, показало, кто из нас был прав.

Екатерина Полищук