Качество подготовительной работы, проделанной Гусом Хиддинком и его помощниками, — высокое. Оно — основная, наверное, причина метаморфозы, приключившейся с командой, проигравшей в конце прошлого года Израилю и с трудом одолевшей Андорру.

При Хиддинке сборная участвовала в двух турнирах. В одном — отборочном — заняла в группе второе место, опередив англичан, и попала на континентальное первенство. В другом — на самом уже чемпионате — сенсационно дошла до полуфинала. В первом случае поставленная задача была выполнена, пусть и при помощи хорватов (турнирная борьба в сегодняшнем футболе складывается так, что неизвестно, где найдешь, а где потеряешь). Во втором — перевыполнена.

Доверие

Отношение к дисциплине не требовало, судя по информации из сборной, палочного вмешательства. Команда поверила «истязателям», заставлявшим тренироваться так, как никто из них, по признанию игроков, прежде не тренировался.

Тренеры, доверявшие игрокам, и игроки, верившие тренерам, совместно сумели заложить основательную базу физической готовности. Без этого важного достижения ничего толкового ожидать нельзя. На основе готовно­сти, приведенной к общему балансу (на достаточно высоком уровне), можно было без проблем доводить почти до автоматизма такие игровые приемы, как прессинг, коллективный отбор мяча, скоростные переходы из обороны в атаку и из атаки в оборону. Как только функциональный запас иссяк (к полуфиналу с Испанией), практически все качества, так восхищавшие наблюдателей в матчах со шведами и голландцами, исчезли, и сборная предстала привычно разрозненной, словно забывшей о том, что совсем недавно демонстрировала завораживавший коллективный футбол — с постоянным давлением на соперника, агрессией, высокими скоростями, блестящими индивидуальными ходами, командной игре вовсе не вредившими, а напротив, всячески ей способствовавшими.

Селекция

Это может показаться удивительным, но Хиддинк, судя по всему, практически с самого начала своей работы со сборной определил костяк команды. Для того чтобы убедиться в этом, достаточно заглянуть в протоколы матчей, сыгранных при этом тренере в течение двух лет. Во вполне «информативной» московской встрече с хорватами в стартовом составе играли, скажем, восемь игроков из тех, что выходили в стартовом составе на Евро-2008, в матче с Израилем — тоже восемь (могло быть и девять, если бы не травма Акинфеева).

В безоглядной любви к одним и тем же футболистам Хиддинк тем не менее не замечен. На протяжении отборочного цикла он твердо расставался с игроками, работа которых его не устраивала. Столь же тверд он был и в решении по Кержакову. И в приглашении футболиста, которого никогда прежде не приглашал — 32-летнего Семака, получившего вместе с капитанской повязкой ключевую роль.

В Австрии — Швейцарии основной турнирный груз лег на 12 футболи­стов, причем восемь из них приняли участие во всех матчах. Возможностей для кардинальных маневров у Хиддинка было не очень-то и много, даже несмотря на то, что игровое время было предоставлено всем, кроме Иванова (оказался в команде в последний момент), Янбаева, Алексея Березуцкого и, понятно, двух резервных вратарей. Лишь после стартовой Испании по­следовали серьезные перемены: Игнашевич заменил Широкова, места в составе лишился Сычёв — оба изменения действовали до конца турнира.

Нестабильность

«Не его день (об Аршавине в полуфинале с испанцами)» — несколько странное, на мой взгляд, объяснение причин слабой игры футболиста, возможности которого (по матчу, скажем, с Голландией) хорошо известны. Игрок готовился вместе с командой с 18 мая, выходил на поле в контрольной встрече, перед заключительной игрой группового турнира со шведами не был задействован из-за дисквалификации, высокий уровень его готовности был подтвержден в матчах Россия — Швеция и Россия — Голландия. В игре с испанцами — весьма, к слову, важной для самого Аршавина, поскольку всерьез заговорили о его возможном перемещении из Петербурга в Барселону — все увидели тень футболиста «Зенита». Равно, впрочем, как и тень сборной России, от которой ждали (к хорошему привыкаешь в момент) «продолжения банкета».

Нестабильность, — быть может, самая характерная черта российской сборной вообще и многих ее игроков в частности. За московским матчем с Англией следовали игры в Израиле и Андорре, на чемпионате Европы игру с голландцами сменила встреча с испанцами. Стабильность на высоком уровне, как известно, — признак класса. С ним у сборной России, несмотря на европейскую бронзу, пока проблема: заметны явные слабости в обороне, не помешало бы разнообразие тактических вариантов.

Перспектива

В том, что Хиддинк останется, сомнений нет. Два года — хороший для него опыт, полученный в совершенно новых условиях. На мой взгляд, кратковременные наезды в страну, со сборной которой он работает, не позволяют голландскому специалисту в должной степени знать и понимать все, что происходит в российском футболе. Он не всегда посещает матчи премьер-лиги; совершенно не в курсе того, чем живет первый дивизион; объявлявшиеся намерения о контактах с российскими тренерами — прежде всего с тренерами юношеских сборных — так намерениями и остались.

«Пусть Хиддинк, — доводилось слышать суждения, — приезжает еще реже и руководит по телефону. Главное, чтобы результат был».

Результат есть. Вряд ли это, однако, означает, что тренер станет еще реже приезжать в Россию. Наверное, в рамках нового соглашения с РФС будут прописаны иные, чем в предыдущем контракте, формы взаимодействия Гуса не только со сборной, но и с российским футболом.

Александр Горбунов